Звук армии, шагающей в унисон наполняет собой густой осенний воздух. Вой гитары и амбиентные готические клавишные вскоре начинают вторить этому звуку. Глубокий, мрачный голос словно эхо слышен вдали и всем становится ясно, что это звучит Blood Axis. Blood Axis это фашистская рок-машина, руководимая крайним леваком Майклом Мойниганом (Michael Moynihan). Исполнитель отнюдь не для "благоразумного большинства", он предпочитает оставаться в глубоком андерграунде, под покровом полной темноты. Но если окинуть взглядом всех странников ночи, окажется что он незаметно и прочно утвердился как уникальная фигура сумеречной реальности экстремальных тенденций. Как истинный исследователь и экспериментатор, Майкл всегда вступал на тот или иной путь задолго до мейнстримовского стада. В его арсенале много всякого оружия: книгоиздательство (под маркой Storm Productions), музыкальная критика (он пишет для таких журналов как SECONDS (Секунды), The Fifth Path (Пятый Путь), и конечно же ESOTERRA), а также живопись. Будучи вооруженным таким образом, он прокладывает новые пути там, где другие предпочитают отступить. В данном исчерпывающем интервью журналу ESOTERRA Мойниган воспроизводит хронологию прошедших событий, достижений и всего своего опыта с тонким юмором и необычайной проницательностью, а также рассказывает о некоторых будущих проектах и планах своего предстоящего пути.

* * *

Не могли бы вы дать нам хронологию своего участия в музыкальных проектах за последние годы?

MM: В 1983, когда мне было четырнадцать, я начал экспериментировать с электронным оборудованием. Я был очарован самой идеей электронных инструментов и к тому же у меня был небольшой набор, с помощью которого можно было делать осцилляторы и схемы, создававшие белый шум или частотный шум. И я стал делать их, а также небольшие клавишные, одновременно манипулируя с катушечными магнитофонами на различных скоростях и создавая шумовые коллажи на пленках - это и была моя первая музыка.

Вы начинали как алхимик от музыки в чистом виде?

MM: Да, но все это было довольно примитивно - я бы не стал претендовать на то, что это было сделано качественно. Я сидел в своей комнате, в подвале дома моих родителей, создавая все эти штуки. Примерно в это же время я также столкнулся с тем фактом, что подобная музыка уже существует и люди ее слушают.

Как вы узнали об этих музыкальных формах?

MM: Я просто следовал по пути их логического развития. Слышишь о каких-то вещах, а потом к тебе попадают сведения о какой-то еще более экстремистской группе. Не сказать чтобы авангардной или экспериментальной, честно говоря, я вообще не очень люблю эти термины, но группе, которая играет музыку, несущую в себе определенные идеи. Примерно в это время я открыл для себя Throbbing Gristle и достал все их записи. Еще SPK... Это и были изначальные индустриальные группы, насколько мне было известно. Никто из моих знакомых не интересовался такой музыкой, так что все это я нашел сам. Магазин заказывал одну копию Throbbing Gristle, откладывал ее для меня, я шел и забирал ее. Потом, слушая радио, я узнал о музыкальном магазине в Бостоне, о котором прежде никогда не слышал, они, похоже, специализировались на такой музыке. Я туда поехал и много чего купил. Хозяин магазина оказался парнем, который руководил проектом Sleep Chamber, и мы подружились. К тому времени я уже делал свою собственную музыку, назвав этот проект Coup de Grace, записывал кассеты, а он убеждал меня выпустить какой-нибудь материал. В это время сам он выпускал огромное количество кассет на своем лейбле. У меня уже был свой синтезатор и разные клавишные. Работая со своими домашними записями, я пытался использовать клавишные Casio для искажения звука. Изначальные записи, которые я сделал были более мелодичными, но целиком электронными. К тому же там было много шумовых эффектов и в смысле содержания, все это было довольно грубо. Я выпустил пару кассет очень ограниченным тиражом, но странным образом они попали даже в Европу, хотя сейчас я даже не помню каким образом кто-либо мог о них узнать. В конце концов они попали в Бельгию, к людям, которые называли себя Club Moral. У них был журнал Force Mental, посвященный музыке и искусству. Большая часть музыки, которая им нравилась, была действительно экстремистской электронной музыкой и они напечатали небольшую рецензию на мою первую кассету. Они прислали мне экземпляр журнала и мы стали переписываться, и в определенный момент меня пригласили выступить на фестивале, под который они получили гранты от бельгийского правительства. Я согласился, ну а они начали то, что впоследствии и стало небольшим европейским турне по Голландии и Германии, с дополнительными концертами, чтобы окупить расходы. Было примерно пять, или шесть шоу в разных местах, некоторые из которых были просто пустыми складскими помещениями; как-то мы выступали в открытом авто-кинотеатре, в ночном клубе в Роттердаме - т.е. в различных андерграундных местах. Это были очень, очень небольшие шоу, но прошли они хорошо. Именно там я познакомился с Вилли Стешем (Willi Stasch) и Розой Кассекерт (Rose Kasseckert) из Cthulhu Records, которые впоследствии стали важными людьми в моей жизни. По возвращении в Штаты мне предложили примкнуть к Sleep Chamber, которым я немного занимался, как побочным проектом, намереваясь, тем не менее, продолжать свою собственную деятельность.

Проект Sleep Chamber зародился в Бостоне?

MM: Парень, который все это начал, Джон Зюиз (John Zewizz), был из Бостона. И все началось с этой странной электронной музыки, которую он в основном делал сам или с несколькими друзьями. В то время Sleep Chamber сильно отличались от того, чем стали сейчас. Время отрицательно повлияло на них. А тогда этот проект был гораздо более конфронтационным и ненавидимым всей рок-тусовкой Бостона. Со временем он стал гораздо более доступным для восприятия, к тому же Джон в своем творчестве стал одержим сексуальным аспектом, который уже присутствовал когда мы работали вместе, но это еще не было тем садо-мазохистским шоу, в которое превратилось сейчас. В то же время я продолжал делать свои вещи, а он продолжал управлять своим магазином по продаже дисков. В конце концов магазин закрылся, но недели за две до его закрытия Джон стал организовывать в нем живые шоу электронной музыки и я выступил пару раз в рамках проекта Coup de Grace. Примерно в это же время Томас Торн, лидер Electric Hellfire Club, также присоединился к Sleep Chamber. Он был моим старым другом, приехал в Бостон и присоединился к группе. Непродолжительное время мы были в группе вместе, а потом произошел большой разлад, в основном между ним и Джоном. Тогда я тоже вышел из группы, мы с Томасом не хотели больше иметь с ней ничего общего. Так все это и закончилось. Мне же было интереснее двигаться дальше и поехать в Бельгию, т.к. люди из Club Moral пригласили меня пожить там, на том же складе что и они сами. Я построил целую квартиру на верхнем этаже заброшенной фабрики, но жить там было абсолютно нелегально, так что приходилось особенно не высовываться. Я не мог там работать и вообще старался уклоняться от неприятностей. Но месячная плата составляла 15 долларов, так что можно было и рискнуть.

Цена была подходящей?

MM: Да, но мне пришлось сделать все, начиная от водопровода и до электричества в моей комнате. Не было ни воды, ни электричества, ничего. Всему пришлось научиться. Я прожил там пару лет. Потом произошло еще одно музыкальное событие. Томас занимался своей собственной группой - Slave State,(*) которую он сформировал по возвращении в Висконсин после разрыва со Sleep Chamber. Это была скинхэдовская техно-группа, хотя это не вполне точное определение. Мы все еще поддерживали тесный контакт, и он приехал в Бельгию с визитом. Он прожил у меня пару недель и мы решили, что надо попробовать провести шоу Slave State здесь. Мы провели его в подвале фабрики, на которой я жил - там была секретная комната под гаражом, которую обнаружил парень из Club Moral. Они там парковались и он решил выпилить в полу дыру, чтобы работать под днищем своей машины. Пила пропилила пол и он обнаружил под ним целую комнату, наполненную грязью и мусором, в основном старыми бутылками из под Кьянти, тысячами бутылок. Мы все вычистили и провели в подвале концерт, который стал странным событием с количеством публики примерно в 50 человек. Это было крайне опасно, абсолютно незаконно, это была смертельная ловушка - так много людей в помещении, к выходу из которого вела лишь небольшая металлическая лестница.

Клаустрофобия не мучила?

MM: Да, действительно клаустрофобия! Сам концерт был крайне шумным и фашистским. Заявилась парочка странных типов, поскольку реклама шоу была невероятно фашистской. Мы оба были в то время скинхэдами. Но самым удивительным было то, что ничего плохого в результате не произошло. Club Moral боялись, что придет полиция и арестует нас всех за проведения некоего странного сборища в опасном и абсолютно нелегальном бункере.

В этой яме под землей.

MM: Да. Перед концертом мы выпили много абсента. Один парень, приехавший из Швеции, вырезал себе перочинным ножом на руке символ группы - молнию в треугольнике, так ему понравилось выступление. Было довольно много забавных последствий вскоре после этого, в 1989-ом. Я решил, что невозможно продолжать жить в Бельгии по причинам нелегальности, а также по ряду личных обстоятельств.

И вы решили прекратить заниматься музыкой как средством воздействия на умы?

MM: Кроме проекта со Slave State я не был больше заинтересован в написании музыки. И оборудования у меня тоже не было. К этому моменту я уже избавился от того минимума оборудования, который у меня был. Я хотел выпускать книги. Примерно в это же время я и начал работать над изданием "Антихристианина" Ницше. Книга вышла в конце 1988, спустя примерно 100 лет после первой публикации в 1888 г. У меня не было возможности делать музыку так, как мне этого хотелось и я решил в то время, что эффект от книг будет гораздо большим.

Что заставило вас снова взяться за запись музыки?

MM: В 1989, после выхода книги я все еще жил в Европе, и прежде чем снова окончательно не переехал в Америку, решил совершить путешествие по всем тем местам, которые не успел посмотреть. Я встретился с людьми из Cthulhu Records в Рейнской области, части Германии, остался с ними на несколько дней и мы много говорили о музыке. Они пытались вдохновить меня снова что-нибудь сделать. Они выразили желание выпустить запись и убедили меня в том, что многие люди будут в ней заинтересованы. Я объяснил, что хотел бы делать в музыке весьма определенные вещи, но не имею возможности делать их как следует. Тогда они сказали примерно следующее: "Хорошо, но если вы все-таки это сделаете, сообщите нам и мы выпустим запись." Они действительно вдохновили меня.

И это привело к тому, что две ваши композиции были включены в сборник "The Lamp of the Invisible Light." ("Лампа невидимого света")?

MM: Да, в принципе это привело к созданию проекта Blood Axis (Ось крови). У меня уже возникала такая идея, но их энтузиазм окончательно убедил меня в необходимости ее реализации. После того как семя идеи был аккуратно посажено в моем уме, я уже знал, что найду тот или иной способ воплотить ее в жизнь. После последней поездки по Европе я перевез все свои вещи в Америку и как раз в это же время вошел в контакт с Бойдом Райсом (Boyd Rice). До этого я уже несколько лет слышал о нем, точнее - с 1983 или 84-го; я был в Англии в 1984 и купил в Лондоне одну из его записей. В Америке же в это время вы нигде не смогли бы их купить. Позднее его пригласили в Японию делать шоу NON.

Это было в Осаке?

MM: Да. Весной 1989-го. Незадолго до этого, в августе 1988 он сделал шоу, как раз в то же время, когда мы делали шоу Slave State. Он сделал шоу, которое называлось 8/8/88, (*) поскольку оно проводилось восьмого августа этого года. Он готовил его вместе с Николасом Шреком (Nicholas Schreck) и кучей других людей, таких как Зина Ла Вей (Zeena LaVey) и Адам Парфри (Adam Parfrey).

Где оно проходило?

MM: В Сан-Франциско. Я начал договариваться с ним примерно в это же время. Это было как раз после того как мы сделали шоу Slave State. Оба шоу были в определенном смысле фашистскими перформансами. В Slave State мы были одеты в черную униформу, у нас были бритые головы и мы громко играли Вагнера в течение часа до начала самого концерта. В шоу, которое проводилось в Сан-Франциско, также участвовали все эти люди и они пытались рекламировать его по фашистским каналам как некий съезд. И об этом мы тоже говорили в то время: как удачно внедрить все эти фашистские элементы в шоу.

Во время тура по Японии, кто из этих людей участвовал в нем?

MM: Изначально, туда был приглашен Бойд, а также Current 93 должны были там играть. Однако, промоутер хотел чтобы Бойд всего лишь делал нойз с помощью своей маленькой черной коробки…

А потом щелкнул выключателем и ушел со сцены.

MM: Именно так. Они хотели, чтобы он делал только нойз. Он ответил, что не заинтересован в этом, а также что хотел бы, чтобы я выступал с ним. Он спросил моего мнения и я ответил: "Конечно, если ты сможешь это организовать." Он убедил промоутеров, что я буду выступать как часть NON. Организаторы хотели, чтобы он приехал один и сделал какие-то простые вещи, потому что не хотели платить за большее, но в конце концов они выдали нам билеты и мы туда отправились. Все люди из Current 93 уже были на месте, а также люди из Death in June, Sol Invictus, и Роза МакДауэлл (Rose McDowall) (ex-Strawberry Switchblade, которая записывается вместе с Current 93 и Death in June). Они уже были там и мы распланировали все, что хотели сделать, включая барабанщиков - милитаристский фонд барабанщиков для шоу. Я разработал партию барабанов и у нас была вся эта атрибутика, которую я придумал и сделал. Бойд все организовал, так что эти люди должны были помочь нам в проведении концерта. А "мы" это были я, Бойд, Роза МакДауэлл, Дуглас П (Douglas P) и Тони Уэйкфорд (Tony Wakeford).

И это вылилось в представление "Тотальная война" (TOTAL WAR)?

MM: Да, так это называлось. Мы сделали в Японии три шоу, которые хорошо прошли, особенно последнее в Осаке: там все было очень слаженно. Бойд после этого стал чем-то вроде легенды розыгрыша, а я знаю, что вы тоже неравнодушны к розыгрышам.

Не могли бы вы рассказать нам о каких-либо розыгрышах и о реакции японцев на них?

MM: Япония это своего рода рай для любителей розыгрышей, потому что вы попадаете в общество, где у каждого человека есть свое, строго отведенное ему место: все упорядоченно, все должно происходить строго определенным образом. Для них это логично, но не для вас, как для чужака! Там нет ничего выходящего за установленные рамки. Люди не ждут неординарных вещей и когда они все-таки происходят, это просто не укладывается в их голове. Они просто не знают что делать, потому что считают что все идет по плану 99% времени. Так что кто-либо с натурой шутника видит неограниченные возможности для создания неразберихи. И именно этим мы и занялись, т.к. к несчастью для них у нас было много свободного времени. Мы играли только три вечера, а жили там три недели, что ставило нас лицом к лицу с проблемой убийства времени. И мы много чего натворили. В Токио мы жили в большом отеле, в очень красивом месте. И там, также как и на улице, все было строго на своих местах, действительно чисто и аккуратно. Ну и мы стали делать всякие штуки вроде перестановки указателей и изменения предметов, что является для японцев просто невообразимым. У них никто никогда бы так не поступил! Это было бы расценено как какое-то психическое заболевание.

Как билет в сумасшедший дом?

MM: Да! Там были тщательно продуманные знаки в лифтах, поясняющие куда идти, что находится на каждом этаже и т.д. - во всех частях этого большого отеля. Тогда мы вынули эти гигантские плакаты из держателей, переставили их и добавили к ним новые, абсурдные элементы: переделали людей на иллюстрациях в отвратительных существ и вставили обратно. Мы полагали, что японцы, будучи такими дисциплинированными, немедленно вынут их, но казалось словно они боялись менять что-либо, словно полагали, что все это сделано по каким-то причинам.

Некое высокое начальство разместило их так?

MM: Именно. Эти абсурдные знаки были везде, и все что мы могли сделать так это только смеяться, когда мы видели их. Они стояли так дни напролет и никто их не трогал. У Бойда было несколько номеров газеты из Сент Луиса, удивительного издания под названием The St. Louis World Examiner, которое является старейшей в Америке черной газетой. В ней достаточно много внимания уделяется каталогизации преступности. Когда вы ее в первый раз видите, то кажется что это Ку-клукс-клановская пропаганда или что-то в этом роде; но это все серьезно и газета издается черными. Там есть постоянные рубрики, как например колонка "Избиватели жен и мучители возлюбленных". Большинство статей были написаны в таком рифмованном стиле и имели странные заголовки вроде: "Король-кобра нюхает мальчика Билли". Совершено странное преступление, некоему обитателю гетто прострелили голову. А мы заменили знаки в отеле на первые страницы этих газет, и они стояли дни напролет, все время, что мы там находились. Никто не осмелился убрать их.

И какова была реакция?

MM: Кто знает? Мы давно уехали. Это и составляет трудность с большинством розыгрышей: вам часто не удается увидеть результата. Мы кое-что сделали в Осаке, а затем пошли посмотреть на развязку прежде чем уехать в Токио. Все шоу были закончены и мы застряли в этом отеле - тонком, высоком здании, примерно в 25 этажей. Мы поднимались наверх и обратили внимание на то, что на каждом этаже имеется балкон. Вот уж где мы оторвались. Мы поняли, что балконы можно классно использовать, пошли в наши комнаты, которые находились на 25-ом этаже и открыли мини-бары с напитками, которые можно было свободно пить. Там были пакетики с этими странными рыбными крекерами, орешками и т.д. Мы шатались по отелю в ничегонеделании, и в результате стали выходить по ночам на балкон и наблюдать за всеми этими маленькими японцами внизу на улице. Мы взяли крекеры и стали швырять их вниз, наблюдая что произойдет. Крекеры приземлялись рядом с людьми и вот что было странным - люди вели себя так, словно ничего не произошло. Они видели как предмет падает на землю, но они игнорировали его, поскольку он не укладывался в привычную схему. Для них это было невозможно. А мы продолжали бросать эти предметы, а они все не обращали на них особого внимания и тогда мы взяли большую банку, заполненную наполовину орешками и крекерами и швырнули ее вниз словно гранату. Она приземлилась рядом с парнем, который садился на мотоцикл и разлетелась на куски. Крекеры валялись везде, а он даже не посмотрел наверх! Он осмотрелся вокруг, по сторонам, но только не наверх откуда, естественно, и должна была упасть банка! Казалось они не хотят верить, что эти вещи падают с неба, а уж во что они точно никогда бы не поверили - что кто-то намеренно бросает что-то сверху. В этот момент мы поняли, что сможем оттянуться как следует и пошли в бакалейную лавку и стали покупать все, что могли себе позволить. Самым подходящим были яйца. Мы купили несколько коробок яиц, пронесли их обратно в отель под пиджаками и продолжили наши развлечения, бросая яйца в людей. Не стараясь попасть в них, но целясь таким образом, чтобы они приземлились в нескольких дюймах от человека. Это было что-то вроде странного социологического эксперимента между двумя культурами. На углу работала бригада строителей и у всех были каски, так что мы не могли никого поранить, и это было даже к лучшему. Мы бросали яйца, а внизу стоял парень с тачкой. Кто-то кинул яйцо как раз в тот момент, когда он переходил улицу. Оно упало прямо перед ним и разлетелось на куски! Он остановился примерно на полминуты, уставился на землю, затем отступил назад и аккуратно объехал разбитое яйцо. И отправился дальше, даже не взглянув наверх! Потом мы стали бомбардировать здание через улицу. Мы попали в стекло помещения, расположенного чуть ниже нашего балкона. Вышел жилец и осмотрелся вокруг, но все напрасно. Затем он провел 35 минут на улице, в своем банном халате, вытирая стекла, пока они вновь не стали чистыми. И так мы развлекались всю ночь.(*)

К настоящему моменту ваша музыкальная деятельность ограничивалась сферой сотрудничества с другими исполнителями (за исключением разве нескольких вещей Blood Axis). Можем ли мы ожидать от вас выхода целого компакт-диска в ближайшее время?

MM: Blood Axis сейчас завершает запись полного альбома под названием "The Gospel of Inhumanity" ("Проповедь бесчеловечности").(*) Мы подписали контракт с Cthulhu Records в Европе и считаем их отличными партнерами по работе, т.к. они очень нам помогают. Возможно, к середине года этот альбом выйдет на лейбле Cthulhu в Европе, а потом идентичная версия выйдет на Storm в Штатах.

Что войдет в этот альбом?

MM: Примерно половину CD будут занимать обычные песни, с выраженной структурой, с мелодией, более традиционные, а другая, большая часть будет состоять из композиций, призванных создать определенное настроение.

Не могли бы вы сделать что-то вроде обозрения тех проектов, которые вы планируете в будущем продюсировать?

MM: В принципе я превратил Storm в звукозаписывающий лейбл и ищу вещи, заслуживающие большего внимания, которые можно было бы выпустить. Скоро должен выйти CD группы под названием Changes (Перемены): это фолк-музыка конца 60-х начала 70-х. Изначально я узнал о них в связи с их тесной связью с Процессуальной Церковью Страшного Суда (Process Church of the Final Judgment) в те времена, когда она еще действовала. Большинство композиций первоначально было исполнено в молитвенном доме процессионистов, хотя члены церкви посещали и другие их шоу в Чикаго. Мне удалось достать несколько кассет и я был потрясен звучанием. Чем больше я слушал, тем больше мне казалось, что нужно все это переиздать как память для последующих поколений, если не нечто большее. Многое из того о чем они говорили в своих песнях актуально и сегодня. Это похоже на те идеи, которые Sol Invictus и даже Blood Axis пытаются донести до слушателей. А ведь этим записям более двадцати лет! Я решил, что это прекрасный материал для выпуска. Вопрос состоял теперь лишь в том, чтобы собрать все записи, ремастерировать их и выпустить в соответствующем виде. Как раз этим я сейчас и занимаюсь.

Существует ли какая-то философия или иные критерии выбора того, что вы продюсируете?

MM: Есть несколько критериев. Первый - это нравится ли материал мне самому, а значит будет ли он выпущен. Если есть в нем некая искра, которая резонирует со мной, тогда, видимо, и другие люди будут это слушать. Мне таких соображений достаточно для релиза. Материал групп вроде Changes никто бы никогда не услышал никаким иным образом и небытие поглотило бы его. Диск Changes называется "Fire of Life" (Пламя жизни), это полный альбом, своего рода сборник лучших вещей. Композиции на нем варьируются от записанных в студии, до материала, записанного на кухне на довольно примитивной катушечной деке. В данном случае нам пришлось воссоздавать стерео эффекты, а исходная запись разваливалась на куски прямо во время ремастерирования. Но, к счастью, все что мы хотели сохранить, было сохранено. Релиз Republic будет представлять из себя "семидюймовку" с песней под названием "Responsibility" (Ответственность) на стороне А. Там все крутится вокруг речи Гарольда, которая звучит как смесь между Гитлером и Джоном Ф. Кеннеди. Сторона Б, скорее всего, будет представлять из себя коллаж сделанных ими исходников. Другая "семидюймовка" представляет из себя заглавную песни с CD Changes, плюс неизвестные песни на стороне Б. Также CD Blood Axis возможно выйдет этим летом. Существуют планы выпуска CD Питера Гилмора (Peter Gilmore), который делает The Black Flame (Черный огонь)...

Он занимается музыкой?

MM: Он пишет электронную музыку и сделал несколько вступлений и музыкальных вставок для death metal группы Acheron. Также он сделал саундтрек к видеосерии "Cцены Смерти" ("Death Scenes") и к бунтарскому видео Ника Бугаса (Nick Bougas) "Гори, детка, гори" ("Burn, Baby, Burn"). Питер пишет и целиком собственные вещи: марши и более классическую музыку. Он работает над "Симфонией Рагнарека" ("Ragnarok Symphony"), и по завершении это будет отдельный CD. Еще одна "семидюймовка" будет сделана Дэвидом Уильямсом (David E. Williams) из Филадельфии и это будет EP с четырьмя песнями.

А что насчет CD, посвященного Мэнсону?

MM: Существует CD Мэнсона, который выпустил не Storm, но выпуск которого я помогал координировать; над этим проектом работали несколько человек. Он называется "Commemoration" и был выпущен White Devil Records.

По сути дела вы стали чем-то вроде катализатора для различных творческих течений в андерграунде и альтернативной культуре?

MM: Вне зависимости от моей известности, похоже, что существует много людей с такими же убеждениями. Подобно тому как когда-то, во времена проведения шоу Slave State в Европе, те же самые идеи использовались в 8/8/88, только на другом континенте. Более упорядоченный, твердый и агрессивный идеал выходит на первые позиции, вместо пассивности, или погружения в эскейпизм. Он достаточно оппозиционен по отношению к рок-музыке, которая деградировала в хиппистский пацифизм. Думаю, что теперь можно услышать гораздо больше музыки, которая оппозиционна по отношению ко всему этому.

Каковы ваши последние проекты?

MM: Кроме завершения выпуска альбома Blood Axis существует масса других планов. Storm переместится в Портланд, штат Орегон через несколько месяцев. Я также готовлюсь к написанию правдивой книги о преступности под названием "Кровь и прах" (Blood and Ashes) (*) о недавних событиях в Норвегии, где группа молодых язычников совершила несколько убийств и подожгла огромное количество христианских церквей, большинство из которых сгорело дотла. Также меня пригласили написать статью о фашистских тенденциях в современной музыке для книги "Апокалиптический рок" (Apocalypse Rock). И я собираюсь заняться переводом некоторых работ итальянского оккультиста и политического философа Юлиуса Эволы. Список проектов все растет и растет и многое в данный момент даже трудно припомнить...


Интересные материалы о Майкле Мойнигане и Blood Axis:

Примечания переводчика

перевод с английского - Андрей Богданов
интервью опубликовано в журнале Esoterra №5, весна/лето 1995 г.