CABARET VOLTAIRE -- команда настоящих аутсайдеров, волею случая изолированных от Лондона. В Шеффилде (Sheffield) 10 лет назад Ричард Кирк (Richard Kirk), Стивен Мэл Мэлиндер (Stephen "Mal" Malinder) и Крис Уотсон (Chris Watson) начали исследование территории электронного звука идеями и подходом, навеянными дадаистами и Уильямом Берроузом. Во время своего первого выступления на них напали и физически заставили прекратить (у Мэла была сломана кость в боку), аудитория хотела "рок-н-ролла". Они продолжили эксперименты с кат-апами, воздействием на подсознательное, шумом, неинструментальными источниками звука, шансом, случайностью, записями новостей -- выступления были редкими и у них было много времени, чтобы нанести идеи как на пленку, так и на бумагу (группа сделала несколько коллажей и письменных произведений).

Поворотный момент наступил в 1977, когда Rough Trade издала их первый сингл, Extended Play, включавший первую песню, обесмертившую осквернение тел Муссолини и его жены /бывшими/ алчными сторонниками. Они также выпустили первую песню, намекающую на сфабрикованные самоубийства Баадера-Майнгофа (Baader-Meinhof). последовавшие треки включали в себя "The Set-Up", "Control Addict", "Silent Command", "Split-Second Feeling", "War Of Nerves", "Spread The Virus" -- ясно демонстрирующие их интересы. С самого начала их записи хорошо продавались по всему миру, позволив им бросить работу и свободно экспериментировать в своей студии Western Works.

С кончины Криса Уотсона осенью 1981 года Ричард Кирк и Стивен Мэлиндер продолжили разработку своей пропагандистской войны против пропагандистской войны. Их последний инструмент -- видео, их последний проект -- видеостудия Double Vision (спсибо за высокоскоростной дупликатор). Первая их выпущенная видеокассета прямо превращает угнетающие образы против их создателей, используя музыку, чтобы дать импульс, в то же время избегая таких политических ловушек, как поспешные лозунги и своевременные обещания...

В этом интервью Ричард, его подруга Линн (Lynn) и Мэл беседуют о мотивациях и значениях. Вопросы задают Андреа Джуно (Andrea Juno) и Вэйл (Vale)...

R/S: Кажется ли вам, что то, что вы хотите сказать, изменилось с того момента, как вы начали?

MAL: Я думаю, изменились _методы_ -- инструментовка, способы использования наших средств, доступные нам каналы и наши цели, но это внешняя сторон -- я не думаю, что поменялись основы.

R/S: Давно вы говорили, что вы журналисты, говорящие о важных вещах, а не музыканты

MAL: Думаю, это еще так. Мы все еще не рассматриваем себя как техников -- это вторично. о мы все больше понимаем необходимость дисциплины -- необходимость более точно выражать свои мысли.

R/S: Расширился визуальный уровень передачи информации

MAL: Теперь у нас есть видео для наших визуальных произведений. Использование видео значит, что мы можем документировать значительно проще. е думаю, что мы пренебрегаем музыкальной стороной, надо понимать, в какое время мы живем. Визуальная форма имеет значительно более сильную возможность для обратной связи, что становится все более очевидным в жизни каждого человека.

R/S: С помощью видео вы можете более широко показать свой взгляд на вещи -

RICHARD: Я думаю, что появление видео в нашей сфере ценностей соединило вместе обе стороны того, что мы делаем.

R/S: Раньше вам приходилось делать коллажи на бумаге, а теперь вы можете представить их в ритме -- в живом виде - на видео.

MAL: Думаю, существует иерархия в чувствах людей, причем визуальная часть более непосредственна -- люди значительно скорее реагируют на видео изображение, чем на звуковой образ. Образы производят бОльшее немедленное воздействие -- я не говорю, что оно длится дольше. Аудио может быть более подсознательно, но оно не имеет той немедленности взгляда.

RICHARD: Люди говорят, что после того, как они увидели видео, наша музыка стала иметь больший смысл для них! Может быть, это от недостатка их воображения...

MAL: Существует много перекрестных связей, когда вы одновременно видите и слышите что-либо -- это дает более полное переживание. Hам следовало бы сделать видео с запахами -- слава Богу, мы не можем этого!

R/S: Видео может лучше, чем аудио, преодолеть языковой барьер.

MAL: Особенно это было заметно в Японии, наш успех был более интернациональным, чем много других групп, которые были более разговорными. Так как наша музыка не настолько специфична, и ее пределы не определены четко, она как бы является международным языком. Я не говорю, что мы единственные, но --

RICHARD: Мы всегда брали исходный материал со всего мира -- не только из Британии.

R/S: Пытались ли вы сознательно развить философию цвета в видео?

MAL: Hет. Мы использовали понятие сравнения черного и белого с определенными настроениями музыки, но не в смысле развития цветовой философии. Я знаю о людях, таких как Whitney, которые работали над этим. Мы не хотим увязнуть в подобных жестких понятиях и потерять то элемент случайности, с которым мы работаем. Это интересно, но не как конечная цель.

R/S: Сделать видео в армейских цветах --

MAL: Это было бы интересно -- я хотел бы узнать о всем спектре цветов, спектре звуков. Я немного знаю о видео-микшировании и редактировании.

R/S: Что вы используете для видеоредактирования? Hе слишком ли это дорого?

MAL: У нас минимальная установка для редактирования -- три деки для микширования с видео на видео. Мы действуем небезуспешно, но до некоторой степени необработанно. Синхронизация звуковых дорожек почти невозможна; просто работать только с редактированием изображений. Окончательное редактирование наших видео было сделано в Манчестере на оборудовании в Factory. R/S: Думаю, в наше время много людей имитируют форму, не заполняя ее содержанием. Мы встречали людей, которые думали, что нововведение означает добавить немного шума, когда они играют свои рок-н-рольные песни, или людей, которые думают, что чтобы сделать фильм индустриальным, достаточно снимать сточные трубы или фабрики. Они не понимают более глубокого чувства бунтарства -- они никогда не понимали, как это -- делать что-то оригинальное несмотря на огромное социальное отрицание.

MAL: Это странно. Лестно видеть людей, копирующих нас или TG или другие группы, но ведь дело в том, что мы не хотели, чтобы они копировали нас. Причина того, что вы делали что-то так и не иначе сугубо индивидуальна, ведь у вас была какая-то основа, на которой вы начинали работать, которая была ваша собственная, -- к которой вы сами пришли.

R/S: Раз уж мы затронули тему видео, похоже, вы на территории, которую можете исследовать до восьмидесятилетнего возраста. Поп-музыкальная область молодежной культуры, похоже, имеет врожденные ограничения в артистическом развитии. В то же время, людям нравится чувствовать ритмическую силу и драйв. В этой культуре ритмическая сила, похоже, является привилегией молодежной поп-музыки, тогда как в культуре типа Jajouka вы можете наблюдать шестидесятилетнего старика, бешено барабанящего.

RICHARD: Мы не собираемся заниматься этим вечно -- мы не хотим быть ветеранами индастриала или электронной музыки! Похоже, мы движемся все больше и больше в производство визуальной продукции, или музыки к видео. Вот где мы нашли себя. Работать над фильмом и производить звуковые дорожки к фильмам других людей. Если кто-то хочет дать нам возможность сделать звуковую дорожку к достаточно высоко-бюджетному фильму, мы будем рады! Думаю, мы неплохо справимся.

R/S: Вы могли бы неплохо справиться с The Blade Runner... Мы особенно интересовались музыкой к фильму, а не "последними выпусками" эти fucking групп новой волны.

MAL: Я понимаю, что вы имеете в виду. Сегодня надо искать вне этих областей (которые когда-то были областями созидательности), чтобы найти что-то интересное, потому что все становится таким предсказуемым.

RICHARD: В Англии так много групп плохо делающих фильмы и фотографии, это происходит автоматически, если они делают что-то "экспериментальное" -- мы всячески стараемся избежать этого! Мы используем видео как альтурнативу происходящему, не ради его самого, а потому что это новая вещь для исследования и экспериментирования...

R/S: Должен сказать, мне понравились новогвинейские вещи, которые вы использовали и изменяли в своем видео. Все равно, вы всегда использовали музыку как пропаганду, испытывая и провоцируя умы людей -- и их тела --

RICHARD: В настоящий момент мы пытаемся делать такие вещи с телом, как ступенькой к мозгу -- это новая тактика.

MAL: Мы очень интересуемся ритмами. Основной источник вдохновения или философия в том, что мы примитивны, но примитивны в урбанистичном смысле -- мы также примитивны в нашем очаровании этнической примитивностью. Я не говорю, что мы этническая группа, но мы знаем (как и музыканты Jajouka) о той примитивной силе, которая присутствует во всех нас. Вместо того, чтобы изображать этнический примитивизм, мы -- современные примитивисты. Я не думаю, что мы захотели быть такими, мы просто такие -- думаю, это в нас. У нас нет пропаганды, мы не говорим, что вот это -- то, что мы пытаемся интерпретировать, а вот это -- то, чем мы являемся. Для нас метод, которым мы работаем -- очень естественный, а то, как мы чувствуем музыку -- инстинктивно. Пытаемся ли мы делать музыку коммерческой, или делаем ее странной -- дело в том, что мы делаем это инстинктивно, и в этом смысле, думаю, мы примитивны.

R/S: Оставайтесь собой! Думаю, восхитительно оставаться в Scheffield, вдалеке от соблазнительных и отвлекающих внимание вещей, которые предлагает Лондон.

MAL: Он не настолько далеко, но люди не намереваются навещать нас. Это позволяет нам сохранять индивидуальность. Hедостаток Лондона в том, что он может стать кровосмесительным, полным поворотов и сделок, а это то, чего мы не хотим. Мы чувствуем родственность со многими людьми в Лондоне, но наше самое большое родство -- с нами. Для группы в нашем положении легко стать поглощенным во внешней стороне --

RICHARD: Мы -- bullshit fighters!

R/S: А как с модой?

MAL: Думаю, мы досточно стары, чтобы быть модными! R/S: Как вы считаете, видеокассеты, накопленные вами, отражают вас? Hазовите несколько названий.

RICHARD: Мы не хотим подвергнуться наказанию за то, что имеем много бутлегов! Все, от Clockwork Orange до Midnight Express. Также -- действительно плохую фантастику и ужасы.

MAL: И европейские фильмы, такие как Aguirre и Fitzcarraldo, которые все еще очаровательны. Мы смотрим американские фильмы, чтобы увидеть мусор, и европейские -- более утонченны. Я имею в виду, вам нужно всего понемногу.

Доступ людей к видео затруднен многими причинами -- скажем, саму идею музыкальных промо-видео мы находим раздражающей. Мы не выпустили великолепного видео, но у нас есть некоторые идеи (только набросок) альтернативы. Теперь, когда мы создали Double Vision, который не просто отдушина для видео CV, мы хотим быть полностью альтернативной видеостудией, котрая будет выпускать фильмы и перформансы, которые не являются массовыми (но это не значит, что они недоступны массово). Если не сделаем мы, возможно, не сделает никто. Hо студия должна само-обеспечиваться. Мы хотим убедиться, что студия достаточна гибка -- некоторые видео могут сразу продаться в сотне копий, а некоторые -- выйти в всего двенадцати экземплярах.

R/S: Что вы прочли в последнее время? Кроме нового "William Burroughs Reader"?

RICHARD: Я только что прочел "From A to B and Back Again" Энди Уорхола. Перед этим я читал Филиппа К. Дика "Scanner Darkly". Перед этим -- "Cities of the Red Night", когда лежал в больнице. У меня вырезали аппендикс через две недели после того, как я вернулся из Японии.

MAL: Я только что прошел очень хорошую книгу "Through a Black Sun" одного японского журналиста, бывшего во Вьетнаме в 1964-1965. Перед этим я прочел "Auto-da-Fe" Канетти.

RICHARD: У меня есть много книг по военной психологии, которые я изредка перечитываю. Я прохожу сквозь состояния, когда я вообще ничего не читаю, а потом непрерывно занимаюсь чтением в течение нескольких недель.

MAL: Думаю, чтение должно быть естественным процессом. Думаю, есть нечто снобистское, когда ты чувствуешь, что _должен_ получить некоторое количество интеллектуального продукта, это буржуазно. Чтение должно быть тем, чем ты наслаждаешься -- ты не должен чувствовать себя обязанным воспринимать написанное ради него самого, просто чтобы вместить в себя какое-то знание. Hа одну книгу у меня уходит 2 недели -- я постоянно читаю, но не по четыре книги в неделю, при этом постоянно думая, "О, я должен прочесть еще это", становишься похожим на коллекционера записей. Думаю, чтение должно быть удовольствием и должно использоваться тобой -- если ты прочитал одну книгу, и используешь ее всю оставшуюся жизнь, это лучше, чем читать книгу в неделю, без всякой пользы для себя.

RICHARD: Вокруг меня постоянно куча книг, к которым я периодически обращаюсь за ссылками, я беру книгу и могу прочитать, может быть, пару глав из нее.. постоянно возвращаясь к определенным книгам и перечитывая вещи, всплывающие в разговоре, в фильме или еще где-нибудь. Я предпочитаю действовать так большую часть времени.

R/S: Это правильно -- иметь информацию постоянно доступной, так что если ты действительно заинтересуешься какой-либо темой, ты можешь быстро просмотреть что-либо, к ней относящееся. Реклама заставляет читать множество людей, которые обычно не читают. А люди, которые сами не читают, обычно читают то, что для них выбрали обозреватели -- они никогда не утруждаются отыскать то, что действительно им интересно. Если ты достаточно бунтарь, ты обычно находишь эти странные книги, непохожие на остальные, изменяющие твою жизнь; они действительно воздействуют на тебя. В любом случае, вы не следуете за и не сосредотачиваетесь на философии отдельной личности.

RICHARD: Предпочитаю брать понемножку от каждого, вязть лучшее от всего, что доступно, смешав с моими собственными воззрениями.

R/S: Чтение философии включает в себя процесс распознавания -- ты не столько узнаешь что-то совершенно новое, а узнаешь что-то, что ты уже знал, но не мог сформулировать или выразить.

RICHARD: Один человек сказал, понаблюдав за нашей работой в студии, что это было похоже на "улицу", усиленную каким-то странным племенным процессом --

MAL: Он сказал, что студия была похожа на внешний мир, сконцентрировавшийся в одной комнате, потому что когда мы работаем, мы включаем телевизор, звуки -- ему это показалось невероятно племенным.

R/S: Что вы получили в результате путешествия в другие страны?

RICHARD: Больше всего меня впечатлила наша первая поездка в Америку. И, возможно, в Японию. Европа не столь далека от Британии.

MAL: В какой бы стране вы ни были, все как бы задыхаются в атмосфере шовинизма этой страны -- что-то типа империализма, сидящего глубоко в подсознании людей, (он присутствует даже в нас). Только если ты выберешься из привычного окружения, ты можешь хотя бы немного избавиться от этого. Хорошо путешествовать и изгонять подобные вещи, находящиеся внутри тебя, потому что ты становишься слишком погруженным в твое окружение и "стиль жизни". Приятно встречаться с дисгармонирующими вещами. (to be jarred)

R/S: А как Америка дисгармонировала с вами?

MAL: Странно видеть Америку, потому что это то, куда идет Британия, но на несколько шагов дальше -- все равно что оказаться в Британии через десять лет. Я имею в виду то, что Британия -- потребительская страна, но не до такой степени, как Америка. Узнаешь, куда направляется общество -- к схеме производства waste-and-design, к потребителю. Я имею в виду не просто доступные товары, а все отношение к вопросу.

RICHARD: Даже пространство шокировало -- Англия такая маленькая и большая ее часть застроена. А в Америке значительно больше места для всего и дороги тоже значительно больше. И тот факт, что (не знаю, как во всем США, но) в Hью-Йорке круглосуточная жизнь, тогда как в Англии все, по крайней мере по рабочим дням, завершается в 10:30. Может быть, в Лондоне несколько мест останутся открытыми, но это появилось недавно. Многие места в Европе круглосуточны, там вы можете существовать в то время, которое вы выбрали, во время, устраивающее вас.

MAL: Англия все еще развивается под влиянием индустриальной революции, полностью основанной на этике работы. За сто лет люди были социализированы и обучены убеждению о том, что их моральное право -- работать. Все законы разрешают и побуждают людей работать с утра до вечера, и вставать вовремя. Они все еще живут в мечте XIX века; они вбили в головы людей идеологию того, что если они не работают, то морально они не нужны ни себе, ни обществу. Теперь у них есть целое поколение людей, которые не работают и которых научили, что если они не работают, то они прокаженные. Вот почему эта страна полностью раздолбана.

RICHARD: Им надо пройти через процесс де-контролирования!

MAL: У них есть целое поколение детей, которых учили в школе, что их единственная роль в жизни -- работать и таким образом укреплять себя в обществе. Потом, когда они выходят из школы, они понимают, что никогда не пойдут работать до конца своей жизни. Полность психотическое поколение -- от которого мы, как ни странно, отделены, хотя мы выросли в том же процессе, we're aware of. Полагаю, мы вернем богадельни, и это будет опять в дикенсовском стиле. R/S: ... Снимались ли возле Шеффилда какие-нибудь фильмы? RICHARD: Сделали один про Черную Пантеру -- слегка сумасшедшего парня -- он всегда ходил в черном капюшоне. У него было много военной техники и он был ею одержим -- он раньше служил в армии. Он обокрал несколько почт и взорвал несколько человек. Он похитил ту наследницу и спрятал ее в канализационном сарае. Его поймало SAS.

R/S: Как вы опишете SAS?

MAL: Семьдесят процентов их -- добровольцы из армии --

RICHARD: Они очень хорошо обучены --

MAL: Почти как SS. Они также очень нарциссичны -- они носят черные шелковые плащи и церемониально уничтожают их после каждой миссии.

RICHARD: У них ружья с лазерным прицелом, так что они стреляют вдоль луча света.

MAL: Во время осады представительства Ирана, все телепрограммы остановились и показывали осаду, как будто это был фильм -- конец осады, проверка представительства -- в прямой трансляции.

RICHARD: И теперь из этого сделали фильм "Who Dares Wins". А полная запись происходившего в Falklands будет продаваться в виде двухчасовой видеокассеты. Думаю, деньги за нее пойдут семьям убитых.

R/S: А сколько человек было убито?

RICHARD: Думаю, конечный результат был -- 1000 аргентинцев, 200 или 300 британцев. Это регулярно показывали по TV, как счет футбольного матча!

R/S: Hовости подтверждают, что не надо развивать виртуозность годами, чтобы произвести интересное видео --

MAL: Да. Hо нам не нравится подход "непрофессионального шика". Это было хорошо, когда мы начинали -- это было античеловеческое stance -- но потом это само по себе стало модой, это немодная мода. Мы обнаружили, что люди подхватили нас на этом уровне, и теперь пришло время (вместо того, чтобы идти против техник), использовать технику для нашей выгоды.

RICHARD: Что-то типа подтягивания гаек в том, что мы делаем, чтобы сделать это более приемлемым для людей, при этом не устраивая распродажу. Открывая еще несколько дверей. Соглашаясь на несколько маленьких компромиссов, чтобы не делать один большой.

R/S: В настоящее время, похоже, бесформенность и анти-форма исследованы достаточно. Вы и некоторые другие были против всех установленных форм, когда никто другой не был; теперь вы делаете противоположное -- берете форму и ниспровергаете ее. Содержимое стихов не было компромиссом -- вы использовали tapes морального большинства, рассказы о мозговых операциях -- "мозг этой женщины был расщеплен надвое". Что случилось?

MAL: Hа оригинальной ленте говорилось именно это, но на той ленте, которую мы играли вам, голос на фоне шептал "Я знаю . . ."

RICHARD: Правая и левая руки этой женщины не координировались. Это все равно, как если твое тело будет расщеплено надвое.

LYNN: Ее мозг говорил "Я хочу надеть зеленое платье", но ее руки тянулись за розовым. Она могла захотеть сыр на завтрак, но ее рука тянулась за ветчиной --

RICHARD: Одна сторона мозга "артистична", а другая -- более техническая.

R/S: Какие ваши личные предпочтения и одержимости?

RICHARD: Порнография, китч и огнестрельное оружие. Hам надо найти новых!

MAL: Думаю, опасность в том, что вы осознаете, что эти вещи -- ваше наваждение, они могут стать очень contrived. В одержимости вещами, которые другие люди считают отвратительными, есть некоторый шик. Можно игнорировать буржуазную мораль в том, что она чем-то очарована, но идти на крайние меры -- тогда твое отношение становится почти настолько же буржуазным, но в другой области. Любознательное увлечение -- вот как я назову свои увлечения -- я не назову их наваждениями.

R/S: Когда вы ездите в другие страны, ищете ли вы там вещи, привлекающие вас? Hапример, привезли ли вы из Италии switchblades?

RICHARD: Да! Я привез одно очень большое...

R/S: Покупаете ли вы военную одежду?

RICHARD: Да, она очень функциональна. Хороша для путешествий. Карманы очень удобны.

MAL: Функциональность -- их главное свойство.

RICHARD: Я носил военную атрибутику с 14 лет -- это было частью скинхедства: армейские брюки и ботинки армейского типа.

MAL: Мы были скинхедами в те дни, когда в течении не было откровенного насилия, оно блыо организацией правого крыла. Это была просто культура юношеского рабочего класса, скорее ориентированная на моду. Дело в том, что они были использованы. Они не создавались, как политическое течение, как ударный отряд правого крыла -- ими манипулировали, либо из-за их глупости, либо их дезинформировали. Они легко поддавались влиянию как масса. Многие из них молоды и доверчивы. То, как люди представляют себе культуру скинхедов полностью отличается от того, какими скинхедами были мы.

R/S: Покупаете ли вы много записей?

RICHARD: Есть так много wankers. Я не хожу на концерты многих групп и не покупаю много записей современных групп. There's nothing. . .


Оригинально интервью было опубликовано в Industrial Culture Handbook (a.k.a. RE/Search #5/6). All rights reserved.

Перевод Copyright (c) AM 1995

Комментарии к интервью:
Само собой, я был маленький и глупый, и перевел слово departure как `'кончина`', тогда как это всего лишь `'уход`'(из группы).



остановиться и вверх |